туман над лонгайлендом рассеялся

Принцесса, свинопас и трудности с учебой

У одного императора была дочка, принцесса. Она хорошо училась и увлекалась фотографией. А ещё была очень симпатичной, что с принцессами часто случается.
Однажды принцесса сидела за своим рабочим ноутбуком и перебирала фотографии роз, которые она сделала на каникулах. И тут в дверь императорского дворца постучали король и королева из соседнего, захудалого королевства.
-Дорогая принцесса! - сказали они шепотом, когда слуги впустили их, - Мы пришли просить тебя о помощи!
Принцесса потянулась было за копилкой - она знала, что в захудалом королевстве дела идут неважно, но дело было не в деньгах. Хотя и в них тоже.
Оказалось, что все доходы захудалого королевства на ближайшие пятнадцать лет супруги вложили в обучение своего сына, принца. А он, бездельник этакий, учиться не хочет, оделся свинопасом, связался с какими-то свиньями, скоро экзамены - а он ни разу на занятиях не показывался. Но у него такой талант, такой талант! Усидчивости только не хватает. Вот если бы принцесса смогла на него повлиять… Как? О, это просто. В своих тайных дневниках (которые, конечно, никакая не тайна для любящих родителей) принц-свинопас неоднократно писал о любви к дочери императора. Но принц робок и сам никогда не сделает первый шаг, ведь в детском саду его уже отвергла одна принцесса. С тех пор он скрывает свои чувства. Дочери императора и утруждаться-то не придётся: надо только попросить, чтобы принц сделал волшебный горшочек, и пообещать взамен поцелуй. Целоваться не обязательно - главное, чтобы он своими руками сделал горшочек, тогда преподаватель поставит зачёт и закроет глаза на прогулы.
У принцессы были совсем другие планы на ближайшие выходные, но ей стало так жалко короля и королеву из захудалого королевства! Словом, в пятницу вечером она пошла в злачный клуб "Свинарник", нашла там принца и сделала первый шаг.
Счастливый принц выбежал из клуба и в чём был помчался поскорее в домашнюю мастерскую - делать горшочек. Принёс его принцессе через неделю, поставил на стол, закрыл глаза и вытянул губы трубочкой.
Принцесса осмотрела горшочек.
-Ничего такой, - сказала она, - Но колокольчики могли быть разноцветными, а на горшочек надо налепить пару десятков страз.
-Какая пошлость! - не удержался принц.
-Ах так? Ах так? - закричала принцесса, - Тогда убирайся с глаз моих вместе со своим дурацким горшком!
-Убираться, значит?
-Убирайся! Чтоб духу твоего здесь не было!
-Хорошо же! Я мог подарить тебе такой замечательный горшочек, а теперь я отнесу его преподу, и тот поставит его в чулан для лучших проектов. Ты никогда его не увидишь, да и я тоже!
Прокричав это, принц прямиком побежал к преподавателю, и успел как раз вовремя. Ему поставили зачёт и разрешили продолжать обучение.
Полгода спустя принцесса сидела в своём рабочем кабинете и перебирала фотографии соловьёв. Как вдруг снова пришли король и королева из захудалого королевства.
Снова-здорово! Их принц опять забросил учебу, ошивается в "Свинарнике", одевается соответственно, и только принцесса сможет помочь ему переползти на следующий курс. Как? Очень просто! С тех пор, как она отвергла горшочек, его любовь только сильнее разгорелась. И он с удовольствием сделает для неё трещотку, которая играет все вальсы мира. За эту трещотку его переведут на следующий курс, несмотря на позорную посещаемость.
"Мне-то что с этого будет?" - подумала принцесса, у которой были совсем другие планы на ближайшие выходные. Но в пятницу вечером она уже стояла у дверей "Свинарника" в ожидании принца.
-В тот раз ты меня обманула! Неужели обманешь и в этот? - воскликнул он, - Нет, я не верю, людская подлость так далеко не заходит!
И побежал в домашнюю мастерскую - делать трещотку.
Принёс, потряс в воздухе, закрыл глаза, вытянул губы трубочкой.
-А что играет твоя погремушка? - спросила принцесса надменным тоном, хотя больше всего на свете ей хотелось погладить бедного принца по голове.
-Вальсы!
-Дурак, что ли? Она должна играть современную попсу! Вальсы - это такое прошлое!
-Целуйся уже, хватит выпендриваться! - разозлился принц.
-И не подумаю! - сказала принцесса, - Сейчас стражников позову!
Принц удалился, едва сдерживая слёзы. Отнёс трещотку преподавателю, и перешел на следующий курс.
Ещё через полгода король и королева захудалого королевства снова вспомнили о дочке императора: их сыну опять грозило отчисление.
-Мы прочитали его дневник, - говорили они, - Любовь к тебе переполняет всё его сердце! Ты должна помочь нашему мальчику ещё раз. Только теперь придётся его поцеловать, он так и пишет: "Сердце моё трепещет при одной только мысли о ней! Но она обманула меня дважды, третий раз не удастся! Пусть сперва целуется!" Ну, ты зажмурься, поцелуйся быстренько - и пусть бежит к преподавателю. Мальчик-то способный. На этот раз ему нужно сделать…
-Вот пусть и делает, раз способный! Я-то тут при чём? - изумилась императорская дочка, - Вы так и будете ко мне ходить, пока он не получит диплом?
Захудалые король и королева переглянулись. И молча вышли из дворца.
-Я тебе говорил, она вся в своего папашу, императора!
-Надменная девица! Почему нашему доброму и чистому мальчику угораздило в неё влюбиться?
И они пошли в "Свинарник", вызволять принца из лап дурной компании.
А принцесса в следующие выходные поехала со своими фрейлинами в соседний город - фотографировать котиков.
туман над лонгайлендом рассеялся

Реклама спасает мир

После изматывающего похода по распродажам, Маша и Галя присели в кафе – отдохнуть и выпить коктейлей. Только им принесли заказ, как заработали все громкоговорители торгового центра.
-Внимание! Внимание! Внимание!
-Опять реклама какая-то, блин, - сказала Маша.
-Не дают отдохнуть, уже. Совсем сбесились, ну! – поддержала её Галя.
-Это боевая тревога! Повторяю! Боевая тревога! – продолжали надрываться громкоговорители.
-Совсем рекламщики эти всякий стыд потеряли, блин! – сказала Маша.
-На таких чувствах играют, ну! – поддержала её Галя.
-На нашу планету высаживаются боевые инопланетные корабли! Повторяю! Инопланетные корабли.
-«Войны миров» обчитались, каменный век вообще, блин! – сказала Маша.
-Они бы ещё старика Хаксли вспомнили, ну! – поддержала Галя.
-Всем спрятаться в убежища. Повторяю! Прячьтесь в убежища! Спускайтесь в метро! Бегите! Бегите! Бегите!
-Сейчас скажет – бегите в наш магазин, у нас ничего не продаётся без такой дебильной рекламы, блин, - сказала Маша.
-А с такой дебильной не продастся никогда, ну! – поддержала Галя.
Кафе опустело, торговый центр – тоже. Люди поверили голосу и разбежались, кто куда. Одни только Маша и Галя сидели спокойно за своим столиком, пили коктейли и ждали продолжения.
Продолжение было таким: к ним подошел синий двухметровый таракан и сказал механическим голосом:
-Я – инопланетный захватчик. Я пришел захватить вас!
-Чучело какое-то. Оделся бы лучше Джеком Воробьём, блин, - отмахнулась от него Маша.
-Или чуваком из Аватара, если ты такой синий, ну, - поддержала Галя.
-Я правда захватчик! – обиделся таракан, - Давайте, бойтесь и сдавайтесь.
-Сбегал бы за барменом, он куда-то делся, а у меня коктейль кончился, блин! – сказала Маша.
-Всё лучше, чем рекламировать непойми что таким уродским способом, ну! – поддержала Галя.
-Сдавайтесь, земляне! – закричал таракан и выхватил лазерный пистолет.
-Вот неуёмный же! Ладно, говори, что ты рекламируешь, блин! – сказала Маша.
-Так и быть, купим твоей муры, раз ты такой приставучий, ну! – поддержала Галя.
-Я… Э… Дружественный торговый флот с далёкой планеты Синь-Таракании приветствует вас, земляне! – растерянно проблеял захватчик и спрятал лазерный пистолет, - Мы поняли, что силой вас не одолеть. Будем мирно торговать, а там посмотрим.
И боевой флот с планеты Синь-Таракании улетел обратно к себе. А вместо него прилетел мирный, торговый. Так навязчивая реклама, сама того не ожидая, спасла жизнь на Земле. А Маше и Гале даже не дали в торговом центре скидочный купон. Никто так и не догадался, что это они всех выручили, блин. Даже они сами, ну.
туман над лонгайлендом рассеялся

Вторая жизнь хрустальных туфелек

Прошло двадцать лет с того момента, как сказка закончилась фразой «и жили они долго и счастливо». Золушка и принц, теперь уже – королева и король, жили, как им было предписано. Однажды, разбирая сундуки, Золушка нашла хрустальные туфельки. Они по-прежнему были ей впору. Только согласитесь, нелепо как-то взрослой тёте в таких ходить. Это не я так подумала, а Золушка. Я бы ходила и радовалась.
Вынула она, значит, туфельки из сундука и понесла сыну, принцу. Так, мол, и так, семейная реликвия, передай своей будущей жене.
-Мама, вы опять пытаетесь меня контролировать, - не отрываясь от ноутбука, сказал принц, - Хотите, чтобы я выбрал себе жену не по зову сердца, а по размеру обуви?
-Ты хоть как выбери, пора бы уже, - вздохнула Золушка.
-Ну вот. Опять вы пытаетесь меня контролировать, - констатировал сын.
Золушка поняла, что разговор окончен и пошла к дочери.
-Примерь, детка, туфельки, которые мне фея-крёстная подарила.
-Не примерю! – не слезая с беговой дорожки, пропыхтела принцесса, - Я помню сказку. Скорее всего, они будут мне малы, как и всем остальным. И тогда я наживу себе ещё один комплекс по поводу внешности!
-Ну не пропадать же им! – расстроилась Золушка.
-А кто говорит, что пропадать? – переключая дорожку на более щадящий режим («марафон в раскалённой пустыне по пересечённой местности») удивилась дочка, - Ты разошли гонцов по всему королевству, пусть найдут девушку, которой эти туфли впору. И пусть забирает их.
-Вот так первой встречной семейную реликвию отдать? – расстроилась Золушка.
-Ну не пропадать же им! – передразнила её принцесса.
Пришлось рассылать гонцов. День гонялись гонцы, другой, неделю. Вернулись с докладом. Вытянулись по струнке перед королевой, посчитались детской считалкой, выбрали из своих рядов того, кто за всех ответит. Отступили на несколько шагов назад.
-У нас две новости, ваше величество, - сказал выбранный бедняга.
Золушка огляделась по сторонам: кому это он? До сих пор она не привыкла к тому, что «величество» - это она.
А новости были такие: в королевстве нашлось чуть более сорока взрослых девушек с подходящим размером обуви. Разрослось королевство за эти годы. Но ни одна из счастливиц почему-то туфельки брать не захотела. «Хрустальные разобьются о выбоины в асфальте. Неудобно педаль газа жать. Друзья засмеют. Я ношу только конверсы. Не умею ходить на каблуках. Дресскод в нашем банке слишком суров. За другими на донашиваю…» - зачитывал отказы гонец-докладчик.
-Неужели ни одна-ни одна не поняла, какая это ценность? – расстроилась Золушка. (Ну и девушки в нашем королевстве!)
Гонцы, приготовившиеся к самому худшему, получили деньги за работу сверхурочно и удалились. А Золушка решила посоветоваться с феей.
-Не могу смотреть, как туфельки пылятся. Хочу, чтобы они кого-то радовали, - сказала она, - Но никто им радоваться не хочет. Я бы поставила их в сервант, но там места нет: всё заставлено посудой, оставшейся от предков мужа.
-Ты неправильно подходишь к делу, - выслушав всю историю, сказала фея. И объяснила, как надо поступить. Золушка сначала не поняла, потом не поверила, потом ещё раз не поверила, но согласилась на эксперимент.
По главному каналу королевского телевиденья каждые полчаса трубили о конкурсе «Новая Золушка». Той, кто пройдёт все испытания, в награду достанутся – знаменитые хрустальные туфельки. И конечно её ждёт всемирная слава. Старая (на самом деле – вовсе и не старая) Золушка тем временем сочиняла претенденткам задания. Уж она вспомнила всё, чем изводила её мачеха, добавила вычитанное из книг, прифантазировала от себя. Когда очередная выдумка казалась ей слишком бесчеловечной, она возвращалась к списку отказов. Друзья, значит, засмеют? За другими, значит, не донашиваю? Вот пройдётесь на ходулях по тонкой проволоке, перебирая фасоль и чечевицу, не так запоёте!
На конкурс прислали столько заявок, сколько девушек было прописано в королевстве. И ещё полстолько – от незарегистрированных по месту жительства. Но предварительный отбор прошли лишь те, кому была впору хрустальная туфелька. И конкурс начался.
Всё королевство прильнуло к телеэкранам. Ставки менялись каждую неделю, после того, как очередная неудачница выбывала из игры. Наконец, осталась только одна претендентка на победу. «Я не умею ходить на каблуках» - сказала она гонцу много недель назад. Теперь она могла ходить не только на каблуках, но также на ходулях по тоненькой проволоке, перебирая между делом фасоль и чечевицу.
-Поздравляю! – сказала ей Золушка и вручила туфельки. Победительница одела их, под гром аплодисментов. Неудачливые соперницы кусали локти: а ведь каждая из них могла получить эту замечательную обувку без всякого конкурса.
Зрители утирали слёзы умиления. Выбывшие конкурсантки – слёзы зависти.
Королевское семейство сидело на трибунах, среди простых людей.
-Вы заметили, что мама даже во время награждения встала таким образом, чтобы лучше контролировать меня со своего места? – спросил сын.
-На каблуках эта кикимора ходит ещё хуже, чем на ходулях, - заметила дочка, - Поэтому сложившаяся ситуация не породила во мне новых комплексов!
-Как сейчас помню – бегу за вашей мамой, нахожу её туфельку, прихожу в отчаяние. Но не падаю духом! Созываю гонцов… - ударился в воспоминания король.
-Теперь для неё начнётся самое интересное, - сказала фея, и подмигнула победительнице. Необязательно всем знать, что конкурсные ходули были сделаны из двух зубочисток («Ты что, боишься встать на зубочистки?») а тоненькая проволока – из ковровой дорожки («Пройдёшь туда-сюда по ковру, делов-то»).
Когда Золушка проснулась на следующий день, её почтовый ящик ломился от имэйлов. Принцесса на Горошине просила разрешения в следующем году провести конкурс в своём королевстве. Заодно и фамильную горошину сбагрить. Спящая Красавица умоляла о том же, и даже обещала безопасно упаковать призовое веретено, чтоб победительница не укололась в момент награждения. Супруга короля-лягушонка предлагала в качестве приза свой золотой мячик. Другие сулили огниво, волшебную жемчужину, аленький цветочек. Золушка всем разрешила воспользоваться идеей крёстной: так приятно побыть доброй за счёт чужого могучего интеллекта.
-Да здравствует вторая жизнь волшебных вещей, - резюмировала фея, - А то я уже собиралась уйти на пенсию и открыть в каком-нибудь бойком туристическом месте сказочный секонд-хэнд.
туман над лонгайлендом рассеялся

Город Город

Город так и называется – Город. На всех картах этого района, рядом с крошечным кружочком, очень маленькими буквами написано – Город. В Городе живут горожане.
Раньше, давно, в исторические времена, тут была деревня Редькино. Но проезжал мимо важный барин, или чиновник, или сам царь, посмотрел на деревню и сказал, что место хорошее, пусть тут будет город. И даже, чтобы не забыть, зачеркнул на карте «Деревня Редькино» и написал своею важной рукой «Город». Потом отвлёкся на государственные дела, карту оставил, и уехал. А исправление осталось.
Деревенские не посмели ослушаться, и стали жить в Городе.
С тех пор ни один важный человек туда не заезжал. Чтобы попасть в Город, надо долго-долго трястись на поезде, потом пересесть на электричку, выйти на платформе №404, и оттуда на тракторе – по бездорожью, через лес, до самого Города.
Горожане привыкли жить сами по себе, незаметно, день за днём. Они слушают радио, смотрят телевизор, читают интернет – и убеждаются: в большом мире – сплошные несчастья и катастрофы, нечего там делать. Но посмотреть, почитать, послушать об этом – да, можно.
Однажды горожане посмотрели-послушали историческую передачу про переименование городов, пришли к председателю городского самоуправления и говорят: «Надоело жить в безымянном Городе. Хотим название. Даёшь название! Устроим конкурс! Праздник закатим, городской самодеятельный оркестр пенсионеров выступит, школьники покажут гимнастические упражнения, потом карнавал и танцы до утра».
Городской голова любил танцы до утра и написал в Москву письмо о том, что Городу нужно название. Через три года ребята из Города, ходившие без спросу в дальний лес, привели заблудившегося, одичавшего почтальона, который принёс ответ. «Переименовать Город можно. За счёт Города». Это означало: придётся переделывать документы, карты, дорожные знаки во всём большом мире, и кто ещё знает что – и всё на деньги здешних жителей.
«Нет уж, - сказал городской голова, - Давайте так и останемся, горожане из Города. А танцы до утра устроим просто так».
Устроили танцы, праздник, конкурс на самый вкусный домашний пирог, играл оркестр пенсионеров. Наевшись домашних пирогов и натанцевавшись, горожане присели отдохнуть, и тут кто-то сказал: «А давайте назовём Город только для себя. На картах останется Город, но мы-то будем знать его настоящее имя!» Другим это очень понравилось. «Давайте, - закричал учитель истории, - Давайте назовём город Редькин, в честь деревни, из которой мы все вышли!» «Вот ещё, - возразила хозяйка кафе «Кафешка», мечтавшая приучить местных жителей пить кофе утром, днём и вечером, - Назовём – Капучиновск!» «Кафе своё так называй! – тут же вмешался водитель трактора, - Давайте дадим городу имя в честь нашего самого знаменитого жителя!» Водитель трактора схитрил: все знали, что он и есть – самый знаменитый житель Города. На своём тракторе он два раза в неделю ездил к платформе №404 – за экзотическими продуктами и прочими товарами, которые в Городе не производили. Все считали его великим путешественником, ведь горожане никогда не выбирались так далеко за пределы Города, а те, которые выбрались - не возвращались. «А что, идея хорошая, - неожиданно поддержал тракториста редактор городской газеты “Город”, - Мы напишем об этом в завтрашнем номере. Предложим жителям присылать свои варианты. И выберем из предложенных лиц самого достойного. В его честь и произведём переименование!» Коварный редактор надеялся смухлевать, чтобы Город назвали в его честь.
«Давайте лучше назовём наш Город в честь какого-нибудь великого города, - предложил председатель городского самоуправления, - Нью-Йорк там. Или Токио. Объявите об этом в своей газете, и пусть люди присылают варианты.» Городскому голове очень вдруг понравилась идея стать председателем городского самоуправления Нью-Йорка. Или Токио.
«А давайте знаете что? – вдруг сказала почтальонша, которой не хотелось носит такую уйму корреспонденции на третий этаж, по узкой лестнице с высокими ступенями, в редакцию “Города”, - Давайте не будем ждать выхода газеты. А все прямо здесь, сейчас, напишем на листочках названия – и вытянем одно наугад» .
Это было похоже на игру, а играть горожане любили. И те, кто жил поблизости, побежали домой за листочками и ручками. А пока они бегали, оставшиеся напряженно думали. Как, как назвать Город – чтобы не прогадать? А вдруг кто-то из озорства напишет что-то неприличное? А вдруг выберут в итоге совсем не знаменитый город? И что же? Вот под таким названием славный их Город и будет теперь существовать?
Но вот прибежали соседи с ручками и листками бумаги, раздали остальным, и наступила тишина. Все затихли и замерли, и только изредка поглядывали друг на друга. Никто не решался написать название первым. Дело такое ответственное – думал каждый – а вдруг именно мою бумажку вытянут? А я напишу глупость? А все мой почерк узнают? И потом меня будут стыдить до скончания века!
«Вот что давайте сделаем, - вдруг предложила хозяйка кафе, - Назначим по городу на каждый день недели. Так будет проще. И ответственности меньше. И нам веселее. А чтоб легче было придумывать, давайте выбирать города, которые начинаются с той же буквы, что и дни. П - понедельник. В – вторник. И так далее.»
Тут уж все зашевелились. Разорвали каждую бумажку на пять частей, по числу букв в неделе (понедельник и пятница, вторник и воскресенье ведь начинаются на одну букву) и стали писать. Полетели листочки в разложенные прямо на тротуаре шляпы.
Когда всё было готово, позвали трёхлетнего малыша и попросили вытянуть по одной бумажке из каждой шляпы.
-Понедельник – Париж! – прочитал председатель городского самоуправления. Что ж, очень здорово. Кто придумал Париж?
Оказалось, что половина горожан была за Париж. Оставили. Одобрили.
-Вторник – Вавилон! – прочитал он следующий листок, - Так, а это ещё что за город? Не такого города!
-Был такой город, - мрачно ответил учитель истории, - А ты прогуливал уроки и не знаешь, двоечник.
-Ладно, ладно, - заторопился председатель, - Среда – Санкт-Петербург. Четверг – Чикаго. Пятница – Париж… Париж… Париж… О, Прага. Пятница – Прага! Суббота – Сочи. А где же воскресенье?
Оказалось, что пока председатель пытался выяснить, что ж это за город такой – Вавилон – трёхлетний малыш, которого приставили вытаскивать бумажки, наделал из записок на букву «В» корабликов и пустил их в безымянную речку, на которой стоял Город.
-Спорим, вон тот кораблик первым потонет!
-А спорим, вот этот – первым доплывёт!
-А этот – против течения пойдёт!
-Бумажные против течения не ходят!
-Спорим – ходят?
Горожане заигрались и чуть не забыли о своей затее.
-Как же нам в воскресенье-то наш город звать? Может, пусть Город и будет? – осторожно спросил председатель.
-А знаете что? – подал голос местный изобретатель чудо-машин, - Давайте на каждое воскресенье выбирать для города новое название. Не по алфавиту. А методом случайного подбора. Я по такому случаю сделаю специальную машинку.
-Ура! – закричали горожане, - Вот это будет здорово! Эй, эй, смотрите! Все кораблики против течения пошли! Ну-ка, какой доплывёт первым?
И побежали за бумажной флотилией. А изобретатель пошел домой, изобретая по дороге машинку. А редактор газеты пошел писать статью о городском празднике. Кто-то ещё отвлёкся на свои дела, а потом наступило утро.
И на следующий день – а это был понедельник – все проснулись в Париже. Выпили кофе в кафе «Капучиновск» (бывашая «Кафешка»). Поработали. Погуляли по полям. Посеяли там ели. Сказали друг другу «бонжур» и «оревуар». И легли спать, чтобы следующее утро встретить в Вавилоне.
Про Вавилон было известно только, что люди там строили, строили, но не построили, зато знали много иностранных языков. Поэтому все взрослые жители Города (Вавилона) без исключения вечером вышли на песчаный пляж у безымянной речки и стали строить куличики. Строили, строили, потом каждый вспомнил два-три слова на иностранном языке, отличном от английского (его знают все) и французского (его вспоминали вчера). Победил, конечно же, учитель истории, сказавший целую длинную фразу на древневавилонском. Его никто не понял, но приз – большой плюшевый заяц светло-зелёного цвета – достался ему.
В Санкт-Петербурге, в среду, жители города были очень культурными, под вечер принимали ванну – не наводнение же устраивать, а на ночь не выключили в домах свет.
В Чикаго, в четверг, нарушали сухой закон и стреляли из водяных пистолетов.
В Праге, в пятницу, ленивые и пожилые пили пиво в «Капучиновске», а остальные собрались на мосту через безымянную речку, стали корчить из себя статуи – и угадывать, кто есть кто. Победил учитель истории, изобразивший статую Турбуктумалиона Пятого. Его не угадал никто, и учитель забрал главный приз – пластмассовое красное ружьё.
В субботу в Сочи все сочиняли костюмы на воскресный праздник, посвящённый Токио. Именно этот город выбрала машинка, которую соорудил местный изобретатель.
В воскресенье был Токио и праздник.
В понедельник все снова проснулись в Париже…
Город постепенно привык к такому распорядку жизни. Казалось, что дома, улицы, сады, поля, безымянная речка и мост тоже включились в игру.
Но однажды случилось вот что. Машинка изобретателя взяла и выбрала из множества множеств самых разных городов – собственно, Город.
-В воскресенье, - объявил председатель городского самоуправления, - У нас большой праздник. Мы будем… хм… собой. Попробуем, по крайней мере.
-А давайте, - робко предложила почтальонша, - Каждый будет кем хочет? У меня костюм остался - ещё с тех времён, когда наш Город назвался Токио. Очень хочется ещё раз в нём прогуляться. И погода соответствует.
-Давайте! – хором ответили горожане, - Кстати, давно мы не пускали по безымянной речке бумажных корабликов.
И одни – те, у которых уже были готовы костюмы на завтра - пошли пускать кораблики, а другие – те, кому ещё только предстояло придумать, как они будут выглядеть – побежали домой. А потом наступила ночь, а за ночью - воскресенье.
И это было особенное воскресенье. Это был праздник – так праздник. Все горожане достали свои самые любимые костюмы, нарядились, напились кофе в «Капучиновске», поиграли в статуи на мосту через безымянную речку, придумали десять сотен новых слов, соорудили из песка статую учителя истории, а ещё танцевали всю ночь, ели пироги и слушали оркестр пенсионеров, который за это время выучил массу новых мелодий.
А на следующее утро все проснулись в Париже. Да, пили кофе. Да, гуляли в полях и сеяли ели. Говорили по-французски, слушали Джо Дассена и Мирей Матье. Но невнимательно и неаккуратно. Каждый вспоминал вчерашний праздник. Каждому хотелось его повторить. И каждый понимал, что такое – не повторится.
И был вторник, и была среда, четверг, пятница, суббота, и – «Москва» - сказала машинка изобретателя.
В воскресенье жители города играли в Москву. Продавали друг другу ненужные вещи втридорога, гоняли по тротуарам на картонных джипах, сбивая пластиковые бутылки, изображавшие пешеходов, и веселились в том же духе. Но тоже – невнимательно и неаккуратно. И тогда водитель трактора, самый знаменитый в Городе путешественник, дождавшись, пока джипы врежутся друг в друга и учитель истории, сбивший почти все бутылки, получит в подарок жестяной барабан с белыми и зелёными полосками, сказал:
-А ведь как было хорошо в прошлое воскресенье. Жаль, что нельзя это повторить.
-Да, жаль! – подтвердили горожане, - Так было здорово, когда Городу выпала честь быть Городом.
Они сказали это и задумались. А председатель городского самоуправления, воспользовавшись тем, что он сейчас – председатель в Москве – сказал:
-А давайте у нас каждое воскресенье будет Город, а?
-А давайте – каждый день? – робко предложил малыш, который когда-то вытягивал из шляп бумажки с названиями.
И Город стал Городом. Теперь он был Городом каждый день, без выходных. И по вечерам люди пили кофе в Капучиновске, играли в статуи на мосту, сочиняли слова, стреляли из водяных пистолетов, ходили в кимоно, не выключали ночью свет в домах, и вообще делали всё, что давно хотели, но раньше не находили повода.
lukas

Злая Фея крёстная

Когда у короля с королевой родилась дочка, они решили не повторять ошибок своих предшественников и пригласили на праздник Злую Фею. Одну её и пригласили. А добрым позвонили по телефону и сказали: "Такие дела, добрые феи, денег у нас мало, а Злая привыкла к роскоши. Еле-еле бюджета хватит, чтобы её как следует принять, и то новый налог вводить придётся. Ничего, что мы вас не пригласим?" "Ничего, - ответили добрые феи, - Мы добрые и бескорыстные, к тому же на диете". И даже прислали с курьерами подарки для принцессы.
Злая Фея, чуя подвох, пришла на праздник, вооруженная всей своей чудовищной злостью и подозрительностью. Но королевская чета, и министры, и фрейлины, и пажи, и гвардейцы, и слуги, и конюхи, и кони, и собаки, и канделябры, и занавески, и столовые приборы, и… - словом, все и вся во дворце, принимали её с таким почетом и уважением, что сердце злодейки дрогнуло. Раз дрогнуло, другой, третий. А потом Злая Фея заперлась в вызолоченной королевской уборной и плакала там два или три часа. "Зачем, зачем я такая злая! - повторяла она, - Эти люди так добры ко мне, а я даже не могу отплатить им за это!"
Из вызолоченной королевской уборной Злая Фея вышла другим человеком. "Я сделаю всё для этого младенца!" - заявила она и отодвинула от люльки с новорожденной принцессой королевскую чету, министров, фрейлин, пажей, гвардейцев, слуг, конюхов, коней, собак, канделябры, занавески, столовые приборы… - и так далее.
Злая Фея сдержала слово. Ни одна крёстная так не нянчилась со своей крестницей - и принцесса быстро научилась этим пользоваться. К сожалению, больше ничему она так и не научилась: Злая Фея предупреждала все её желания.
Принцесса выросла. Однажды, когда Злая Фея, измученная исполнением капризов ненасытной красавицы, прикорнула под лопухом, девушка решила заняться рукоделием. "Спряду пряжу, сотку полотенце, вышью на нём свою монограмму и подарю какому-нибудь принцу, - подумала она, - Это просто, у меня всё всегда получается!"
Принцесса нашла на чердаке прабабушкино веретено. Укололась им. И уснула зачарованным сном, вместе с королевской четой, министрами, фрейлинами, пажами, гвардейцами, слугами, конюхами, конями, собаками, канделябрами, занавесками, столовыми приборами…
Проснулась Злая Фея - а поздно. Все спят и будут спать ещё сто лет, как и предначертано. "Тьфу ты напасть какая! - сказала она. - Теперь и не докажешь, что я искренне желала добра этой крошке!" И снова сделалась злой. После этого уже ни одна принцесса в округе не пострадала.
А добрые феи скинулись и наняли спящей принцессе заграничного гипнотизёра. Гипнотизёр обучил её во сне разным полезным жизненным навыкам: ведь принцесса даже зубы чистить не умела, всё за неё делала Злая Фея.
Прошло сто лет. Не просыпаясь, принцесса почистила зубы, и даже не забыла воспользоваться зубной нитью. Странствующий принц, привлечённый ароматом её свежего дыхания, проник в замок - и поцеловал красавицу. Проснулась принцесса. Проснулась королевская чета, министры, фрейлины, пажи, гвардейцы, слуги, конюхи, кони, собаки, канделябры, занавески, столовые приборы…
За время зачарованного сна акции королевства поднялись, и капиталы, вложенные в надёжные банки, принесли большие проценты. Свадьба была пышной и богатой, на неё пригласили и добрых фей, и злую, и заграничного гипнотизёра.
Злая Фея на радостях хотела было снова окружить крестницу заботой, но случайно взглянула на заграничного гипнотизёра, а он взглянул на неё…
Через неделю сыграли ещё одну свадьбу. Через год заграничный гипнотизёр и Злая Фея вели собственную программу на телевиденье (в прайм-тайм), а все остальные жили долго и счастливо.


Злая фея спит под лопухом.
иллюстрация picas_so
туман над лонгайлендом рассеялся

Жизнь Человекова

В одном доме жил человек, назовём его Человеков. Он жил на первом этаже. А у него под окном всегда ставил свою машину другой человек, не будем его никак называть. Другой человек вставал в шесть утра и начинал заводить машину так громко и долго, что Человеков, который вставал в восемь утра, падал с кровати и лежал на полу, прикрыв голову подушкой, одеялом и матрасом. До восьми, когда он уже вставал окончательно. Другой человек заводил свой драндулет даже по выходным, когда Человеков вставал в десять или даже одиннадцать. Он делал это не нарочно, но всё равно очень долго. Однажды Человеков не выдержал, выскочил на улицу в домашнем халате, валенках и с металлическим рожком для обуви в руках и закричал:
-Слушай, ты, хватит уже тут тарахтеть! Хоть по выходным дай высыпаться!
-Не нравится – уезжай отсюда, - спокойно сказал другой человек, продолжая заводить машину.
Человеков взял чемодан и уехал.

Он приехал в другую страну и тоже поселился на первом этаже. Там машину под окном никто не ставил и все ложились спать в десять вечера, а вставали в восемь, так, что Человеков здорово высыпался. Но он был не местный житель и постоянно по ошибке нарушал какие-то правила, как писанные, так и неписанные. Никак не мог запомнить всё. И его штрафовали. Почти все заработанные деньги уходили на оплату штрафов. Как-то раз Человеков не выдержал и сказал чиновнику, выписывающему штрафы:
-Уважаемый, сколько можно? Мне кажется, что вы лично против меня настроены!
-Мы ни против кого не настроены лично, - механическим голосом ответил чиновник, выписывающий штрафы, - Просто не надо нарушать правила. Не нравится – уезжайте отсюда.
Человеков взял чемодан и уехал.

Он поселился на острове среди дикарей. Сначала всё шло хорошо: в племени дикарей правил старый добрый вождь, а Человеков привёз с собой много стеклянных бус и штук цветной ткани. Но потом бусы и ткань закончились, старый добрый вождь умер и на его место сел молодой недобрый.
-А почему это у нас тут чужак живёт, ходит по нашему острову, ест нашу еду и смотрит на наших женщин? – спросил он, - Давайте его зажарим и съедим, тем более, что бусы и цветная ткань у него уже закончились.
Дикари поймали Человекова, который ходил по острову, ел еду и смотрел на женщин, привязали его к столбу и стали разводить костёр и точить ножи.
-Эй! – закричал Человеков, - Мы так не договаривались! Я ничего плохого вам не сделал, привёз бусы и ткани, а вы – жарить.
-Не нравится – уезжай отсюда! – ответил молодой недобрый вождь.
Человеков хотел взять чемодан и уехать, но вспомнил, что его привязали к столбу и остался в племени до конца.

Он попал на тот свет. Сначала присматривался, обживался, его не трогали. Но один раз Человекова поймали черти и начали мучить: вспоминать все его прегрешения и тыкать раскалёнными вилами в живот.
-Прекратите меня мучить, вспоминать мои прегрешения и тыкать в живот раскалёнными вилами! – закричал Человеков.
-Не нравится – уезжай отсюда! – засмеялись черти, и не прекратили.
-Сами уезжайте! – дерзко ответил Человеков.
Черти взяли чемоданы и уехали. А Человеков остался.
нас и здесь неплохо кормят!

Дедушка Жизнь

Некоторые особо чувствительные граждане говорят: "Бабушка Смерть" - такое чертовски мрачное название! А чёрно-белые иллюстрации - это так грустно. Специально для них. "Бабушка Смерть" - версия Light. Про дедушку Жизнь и с цветной картинкой.



Жил-жил дедушка Жизнь. Все остальные дедушки и жили, и были. А этот - не был, но жил. Во всю мощь своих жил.

Он просыпался живой, слезал с кровати, выходил на кухню и жил там свой завтрак. Пережив его, спускался во двор и жил на скамеечке у подъезда. Солнце ли, дождь ли, снег ли - а он знай себе жил. Торнадо, цунами, ядерная зима, атомное лето - жил.

Пожив на скамеечке, возвращался он к себе, переживал миску супа и тарелку каши и снова спускался жить вниз. Обходил дозором окрестности. Жил в оба глаза, в оба уха.

Жил по улице, жил по переулку. Потом наступал вечер. Делалось темно. Дедушка Жизнь останавливался там, где застала его темнота, поворачивал к дому, возвращался к себе и жил в своей кровати всю ночь до утра. Утром он вставал и жил дальше.

Проходили дни, месяцы, годы и столетия. Менялся государственный строй. Стирались с лица Земли целые народы. Возникали государства и транснациональные корпорации. А дедушка Жизнь жил, жил и жил.

У него никогда не было любимой девушки или, скажем, бабушки. Не говоря уже о друзьях, приятелях или там детях, внуках, учениках и каких-нибудь дальних родственниках. Кота у него тоже не было. И собаки. И мышей не было, и тараканов, и рыбок, и какаду с хохолком. У него не было соседей, не было книг, не было компьютера. Не было боевого слона, верного коня, экологически чистого велосипеда и быстрого автомобиля. Не было увлечений и каких-нибудь интересов. Он никогда ничему не учился и ничего от рождения не умел. Он не ходил в кино и спортзал. Не пахал с мужиками землю, не прял с девицами под окном. Не увлекался, не покорял, не старался, не стеснялся, не стремился, не занимался и не интересовался. Он - жил.

Жил, жил и жил всю свою долгую, бесконечную жизнь. И никто не мешал ему жить. И ничто не мешало.


рисунок picas_so
берег

Десять лет спустя

Старший брат сидит на крыше и зубрит географию: "Республика Кока-Кола на западе граничит с королевством Дженерал Электрик, на востоке - с деспотией МакДональдс, на севере - с анархическим государством Эппл. Республика Кока-Ко…" Даже я уже это всё запомнила, сколько можно повторять-то?

Я развешиваю бельё вдоль малой границы. Она тянется от беседки до гаража. Как и все прочие границы, малая находится под протекторатом Союза Суверенных Кантонов. И мы все - тоже. У нас - семейный завод по переработке винных пробок.

Мама уехала отдыхать в государство Туризм, расположенное на островах и атоллах Тихого океана. Папа в трансконтинентальной командировке: делится опытом с другими переработчиками винных пробок.
В соседнем кантоне, где расположена аптека, с самого утра подгорает жаркое. Мама говорит, что они умеют готовить только лекарства. О, уже дым повалил. Видно, что-то серьёзное стряслось. Около нашей границы сигналит пожарный вертолёт. Брат продолжает зубрить и делает вид, что не слышит его рёв. Тётя, дедушка и его братья - на производстве и в самом деле ничего не слышат. Остальные отдыхают после смены. Я оставляю бельё под присмотром нашего кота, бегу к границе, быстро проверяю документы - порядок. Пожарные лихо пролетают над нашим заводом и вот уже вовсю тушат соседский пожар.

В забор барабанит сосед из кантона, издающего "Вестник окраин" - хочет первым оповестить читателей о происшествии в аптечном кантоне. Сообщаю ему информацию в обмен на годовую подписку. Мне подписка не нужна, но её можно выменять в свободной торговой зоне Супермаркет на три блока жвачки. И тогда я смогу оказывать влияние на брата и аптечного внука.

Брат закончил с географией и теперь пытается выйти на связь со своим учителем. Балда! В теократическом триумвирате Образование сейчас ночь - все спят! Никто не сможет проверить его знания, разве что какой-нибудь профессор, мучимый бессонницей.

Бельё развешано и гордо реет на ветру. Кот в очередной раз без спроса перешел границу аптечного кантона - небось, валерьянку учуял, паразит.

Проснулись родственники - те, что не на дежурстве - слышно, как они болтают на кухне. Старший дядя варит на всех кофе. Надо будет написать маме, чтоб привезла из Туризма кофе: такого вкусного нет больше нигде. В Туризме всё вкусное. Когда я вырасту, я придумаю, как ездить в Туризм по работе как можно чаще.

Брат наконец-то сообразил, что с географией у него сегодня ничего не выйдет и спустился на кухню через чердачное окошко. В соседнем кантоне звон, лязг и грохот - кажется, им пора объявлять у себя чрезвычайное положение. Наш кот зигзагами бежит к границе, пересекает её и скрывается в подвале. Я не выдам тебя, котик!

Корреспондент "Вестника" висит на заборе и стрекочет камерой: две новости за такой короткий срок! Он озолотится!

Налетает ветер. Сорочка, которую я забыла укрепить прищепкой - а всё пожарные виноваты - улетает в недружественный кантон. Обидно!!! Мы так и не подписали с ними пакт о выдаче утерянной собственности: а всё потому, что ветер всегда дует в их сторону.

Дядя уже сварил на всех кофе, выглядывает из окошка кухни и зовёт меня. Сорочка - ну что сорочка? Главное - через два дня вернётся мама. И привезёт из Туризма кофе. А мне лично - перламутровую ракушку, в которой слышен шум океана.
чай в кижах

Сказка про таинственные звуки из комнаты

В некой молодой семье были страшные всегда разборки из-за телевизора. Он был один, а семьянинов - двое. Муж и жена. Муж хотел смотреть футбол. А жена, напротив, к футболу была равнодушна, она хотела смотреть фильмы про любовь и красивую жизнь. А муж их просто терпеть не мог. Составили расписание, чтоб не ссориться. Пока муж смотрит футбол, жена на кухне красную фасоль перебирает, всё польза хозяйству. Пока жена смотрит свою красивую жизнь, муж на кухне белую фасоль перебирает - любили в этой семье перебирать фасоль. Вообще нервы успокаивает.

Однажды было так. Настала очередь жены смотреть сериал, муж отправился на кухню, к своей фасоли. Вдруг - что такое? Слышит - "гооол!", слышит - радость болельщиков. И ещё что-то слышит такое футбольное, родное, знакомое. Выбегает радостно в комнату. "Я должна тебе признаться! - говорит тем временем героиня сериала, глядя куда-то мимо героя, видно, на шпаргалку с текстом, - У нас будет ребёнок. От другого". Муж в ужасе скрывается на кухне, погружает голову в чан с фасолью, чтобы как-то успокоиться. Вынимает голову и слышит - "гооол!" Выходит в комнату. Героиня уже качает на руках ребёнка (который от другого). Ребёнок, судя по косвенным признакам, родился сразу трёхлетним. Муж скрывается в кухне. На новые радостные крики "гооол!" уже не реагирует. Перебирает фасоль ослабевшей рукой.

На следующий день уже очередь жены медитировать над фасолью, муж наслаждается кубком мира. Жена трудится усердно, и вдруг слышит знакомый голос, голос говорит трагически: "Дорогой, я сделала открытие. Наш ребёнок от другого - всё-таки от тебя!" Жена выбегает в комнату, как была, с кастрюлей фасоли в одной руке, с кастрюлей фасоли - в другой. "Гооол!" - вопят трибуны. Мяч лежит в воротах. Футболисты висят на удачливом нападающем. Жена скрывается в кухне. Но не проходит и минуты, как она снова слышит голос главной героини любимого сериала. Такой голос подделать невозможно! А какие при этом он говорит слова! Короче, жена выходит в комнату, уже без фасоли, снова видит футбол, а поскольку она без фасоли уже, то нервы напряжены, и поэтому она говорит: "Хватит надо мной издеваться! Почему ты то и дело тайком переключаешь на мой сериал, как будто для того, чтобы свести меня с ума???" "Успокойся, - отвечает муж, - Я, конечно, ничего не переключаю. А этот эффект ещё вчера заметил. Помнишь, я то и дело вбегал в комнату? Должно быть, соседи этажом выше или этажом ниже тоже договорились об очерёдности. Кстати, если дело так обстоит, то мы можем с ними подружиться к общей выгоде. Пока я смотрю футбол, пойди и подружись с ними. Потому что фасоли на сегодня хватит, и ещё на три года вперёд, если мы будем только ею питаться!"

Жена подружилась с соседями сверху и они подарили ей чёрно-белый телевизор из кладовки. А к соседям снизу она уже не пошла, потому что стыдно смотреть в глаза тем, кого ты постоянно заливаешь.

Жена вернулась на кухню, раздвинула кастрюли с фасолью, поставила на стол чёрно-белый телевизор. Из комнаты слышалось "Нашего ребёнка, который по тесту ДНК оказался от тебя, подменили в роддоме!" Но это была обманка! Жена включила чёрно-белый телевизор. По экрану бегали футболисты. Комментатор за кадром говорил голосом героини сериала. Жена переключила канал. По экрану бегала героиня сериала. Публика, которая должна смеяться за кадром, почему-то кричала ей "гоооол!".

Жена ещё раз переключила канал. По экрану перекатывалась чёрно-белая фасоль и ничего не кричала. Жена поставила телевизор на плиту, прибавила огня, стала помешивать варево. За ужином она сказала: "У нас будет гол". "Оденем". - жизнерадостно пообещал муж.

Всё.
lukas

Конец и начало эпохи

Кто бы мог подумать, что человечество так буквально воспримет призыв очередного своего благодетеля - "Вернёмся к природе!" Поначалу ситуации не придавали значения, и первые "возвращения" сочли частным проявлением безумия отдельных граждан.
Когда проблему осознали, для многих она уже перестала быть проблемой. К природе возвращались целыми семьями, домами и даже районами. Просыпались утром с чистым сознанием, без мыслей, без разума, зато с великолепными инстинктами. Сбивались в мирные стада и шли в поля и леса. Обрастали шерстью. Переходили на подножный корм. Не думая об опасностях, существовали в полном опасностей мире. Природа приняла обратно заигравшихся детей своих.
Собаки, овцы, утки и другие домашние животные глядели на людей с пониманием, хотя и не понимали. Но общевидовая память говорила им: когда-то и мы имели разум и жили в городах, когда-то и мы отказались от этого и вернулись к природе. Закончилась эпоха собак, закончилась эпоха уток, заканчивалась эпоха людей - кто придёт им на смену?
Санитарные врачи всех стран мира били тревогу и требовали увеличения дотаций на профилактику бубонной чумы и чёрной меланхолии, но вскоре и они, присоединившись к другим людям, ушли в поля и леса.
Последний человек, отстаивая идеалы разума, преградил путь своим соплеменникам, бредущим прочь из города. В руках у него была дубинка. Он готов был силой заставить их остаться людьми. Удар, ещё удар. Инстинкт подсказал людскому стаду, что перед ними - чужак, хищник. Они пошли дальше. Последний разумный человек упал на землю. Жизнь и разум уходили из него в поля и леса, а он навсегда оставался лежать на мостовой опустевшего города.
Наблюдавший за этой картиной кот перехватил поудобнее дубинку, выпавшую из ослабевших рук разумного примата, и ударил по голове другого кота. Прочие коты посмотрели на него по-новому. "Он вожак. Надо его слушаться" - сказали они друг другу. Последние люди ещё не успели уйти далеко от своих городов, а в котах всего мира уже пробудился разум.
Эпоха людей закончилась. Сделалась эпоха котов.